Война и пир на штандарте из Ура: как мозаичная композиция распределяет власть, видимость и место зрителя. История предмета и пределы интерпретации.
Палетка Нармера давала зрителю почти безошибочный ответ, кто здесь главный. Так называемый штандарт из Ура развивает похожую задачу другими средствами: он показывает не один жест царя, а множество людей, связанных войной, подношениями и праздником. Но историческая ловушка состоит уже в названии: мы не знаем, был ли этот предмет штандартом.
01. Произведение: две стороны и неизвестная функция
Предмет обнаружили в царском некрополе древнего Ура на территории современного Ирака во время раскопок Леонарда Вулли. Британский музей датирует его приблизительно 2550–2400 годами до н. э. Это невысокий трапециевидный короб, поверхность которого украшена вставками из раковин, красного известняка и лазурита, закреплёнными битумом. Деревянная основа разрушилась; сегодня мы видим результат сложной реконструкции, а не полностью сохранившийся в древнем виде объект.
Две большие стороны принято называть «Война» и «Мир», хотя это современные удобные названия. На одной стороне показаны колесные повозки, пехотинцы, захваченные враги и крупная центральная фигура. На другой — люди с животными и дарами, пирующие, певец и музыкант с лирой. Сцены устроены регистрами, а фигура высокого ранга выделена размером.
Слово «штандарт» унаследовано от гипотезы о способе использования предмета. Однако Британский музей прямо указывает, что его первоначальная функция неизвестна. Поэтому мы должны различать достоверное — материал, изображения, находку — и эффектное, но не подтверждённое название.
Этимология. От латинского incrustare — «покрывать коркой», «облицовывать».
Значение. Вставка материалов в поверхность предмета для создания орнамента или изображения; здесь использованы раковины, камень и лазурит.
02. Мировоззрение: насилие и изобилие как единая система
На двух сторонах предмета нет очевидной психологической истории одного героя. Вместо этого показан коллективный порядок: одни побеждают, другие оказываются пленниками, третьи несут продукты, четвёртые сидят за пиршественным столом. Война и богатство представлены как сцены, в которых распределены роли.
Можно предположить, что власть здесь мыслится не только как личная сила, но как возможность организовывать труд, войско и обмен дарами. Однако трактовка «война ведёт к миру и достатку» слишком прямолинейна. Предмет может соединять разные ритуальные и социальные значения, которые не исчерпываются нашим названием двух сторон.
Особенно важно присутствие побеждённых. Их нагота или униженное положение противопоставлены одежде и устойчивым позам победителей. Изображение не представляет общество нейтрально: оно предлагает точку зрения, в которой одна группа получает полноту действия, а другая становится знаком чьей-то победы.
03. Зритель: между церемонией и погребением
Сейчас музей выставляет предмет так, чтобы мы могли сравнить две стороны. Но неизвестно, стоял ли он на виду, переносился ли во время определённого действия или служил иной цели. Его находка в погребальном контексте не означает автоматически, что он был создан исключительно для гробницы.
Перед нами проблема исторического зрителя. Человек, заказавший эту вещь, мастер, который подбирал камни, участник возможной церемонии и современные посетители музея взаимодействовали бы с ней совсем по-разному. Нельзя восстановить одно универсальное впечатление только из композиции.
Небольшой размер самого предмета заставляет задуматься о дистанции просмотра. Многочисленные миниатюрные фигурки требовали близкого внимания; перед нами, возможно, не массовое изображение площади, а вещь для ограниченного круга лиц и действий. Это предположение, а не установленный сценарий использования.
04. Художественный вопрос: как показать коллективное действие
Мозаичная техника требует собирать форму из отдельных кусочков материала. Художник здесь работает одновременно с изображением и поверхностью: тональные контрасты лазурита, раковин и красного камня формируют ясный ритм. В отличие от свободного рисунка, каждая линия создаётся подбором и размещением вставок.
Несмотря на малый формат, сцены остаются читаемыми благодаря регистраторам действия: повозки, тела, животные и процессии развёрнуты в последовательностях. Приём одинакового направления движения объединяет отдельных людей в социальные группы, а исключение по масштабу выделяет центрального персонажа.
Художественная проблема состоит не в том, чтобы добиться иллюзии пространства, а в том, чтобы сделать сложную структуру действий понятной на малой поверхности. Мозаика показывает общество как организованный ряд положений и обязанностей.
Этимология. От латинских re- («снова») и constructio («построение»).
Значение. Восстановление предполагаемого облика повреждённого объекта по сохранившимся частям и свидетельствам; реконструкцию следует отличать от исходной поверхности.
Граница интерпретации
У нас есть музейный предмет, археологическое место находки и хорошо различимые сцены. Но у нас нет достоверного древнего названия «Война и Мир» и установленного способа использования. Деревянный корпус утрачен, изображения собирались после находки из множества фрагментов. Даже направление чтения двух сторон не является очевидным. Поэтому тезис о демонстрации общественной иерархии убедительнее, чем подробный рассказ о конкретной исторической битве.
Что изменилось в нашем исследовании
В Палетке Нармера власть сосредоточилась в царском жесте. Штандарт из Ура раскрывает её как сеть отношений: кто воюет, кто приносит, кто празднует, кто оказывается исключён из праздника. Здесь особенно отчётливо видна разница между образом человека и местом, которое изображение отводит этому человеку.
Источники и изображение
- British Museum: The Standard of Ur — каталог, датировка, материалы, реконструкция, неизвестная функция
- British Museum: изображение штандарта — фото © Trustees of the British Museum; для некоммерческого использования CC BY-NC-SA 4.0, коммерческие права отдельно
- British Museum: Sarah Collins, The Standard of Ur — музейная монография о предмете
